Ночёвка без скуки

Компот сидел в шалаше, пригнув голову, и чувствовал, как от неловкости начинает чесаться затылок. Чипсы кончились, сок допит, а тишина снова повисла между ними плотная, как одеяло.

Он лихорадочно перебирал в голове варианты. Карты? Нет колоды. Телефон? Фиксай его уже отложил. Истории? Компот не умел рассказывать истории, он умел только придумывать планы, которые тут же рассыпались.

— Компот, — сказал Фиксай.

— А?

— Ты чего завёлся?

Компот замер. Фиксай смотрел на него из полутьмы, и в его взгляде не было раздражения — только спокойное внимание, от которого почему-то становилось жарко.

— Я не завёлся, — сказал Компот. — Я просто хочу, чтобы этот вечер не был провалом.

— С чего ты взял, что он провал?

— Мы просто сидим.

— Мы сидим в шалаше, который сами построили. Едим чипсы. Это приключение.

Компот дёрнул плечом. Слова Фиксая звучали убедительно, но внутри всё равно свербело: мало, недостаточно, надо больше. Надо что-то, что сделает этот вечер незабываемым. Что-то, что покажет Фиксаю, как Компот дорожит их дружбой.

— Слушай, — выпалил он, не успев подумать. — А давай сбежим.

Фиксай приподнял бровь.

— Куда?

— Не знаю. Куда-нибудь. Вместе. Навсегда.

Слова вылетели раньше, чем Компот их осмыслил. Он почувствовал, как щёки начинают гореть, и уткнулся взглядом в складки пледа.

— Я серьёзно, — добавил он тише. — Мы могли бы… ну, придумать что-то. Чтобы всегда быть рядом.

Фиксай молчал так долго, что Компот начал мысленно составлять список извинений. Но когда Фиксай заговорил, голос у него был странный — мягкий, будто он решался на что-то.

— Я бы согласился.

Компот поднял голову.

— Правда?

— Ага. Если бы ты предложил по-настоящему.

В шалаше стало тихо. Компот слышал, как стучит его собственное сердце, и надеялся, что Фиксай не слышит того же.

— А я по-настоящему, — сказал он. — Ты самый… самый важный человек в моей жизни. Я не хочу, чтобы этот вечер кончался. И чтобы вообще что-то кончалось.

Фиксай посмотрел на него внимательно, будто проверял, не шутит ли. Потом улыбнулся — той самой улыбкой одним уголком рта, от которой у Компота внутри всё переворачивалось.

— Тогда надо закрепить, — сказал Фиксай.

— Как?

— Свадьба.

Компот поперхнулся воздухом.

— Чего?

— Ну, не настоящая, — Фиксай пожал плечом. — А как у детей. Поклясться в вечной дружбе. Надеть кольца. Всё по правилам.

Компот смотрел на него и чувствовал, как от смеха начинает болеть живот — и от нелепости всей затеи, и от того, что Фиксай говорит это с абсолютно серьёзным лицом.

— У нас нет колец, — сказал Компот.

— Есть.

Фиксай полез в карман и вытащил скрученную проволочку — застёжку от хлебного пакета, серебристую и блестящую в тусклом свете.

— Это не кольцо, — сказал Компот.

— Это символ.

Фиксай протянул проволочку Компоту. Тот взял её, покрутил в пальцах и вдруг почувствовал, что в груди стало тесно и тепло одновременно.

— Ладно, — сказал он. — Давай.

Они вылезли из шалаша. Компот достал из шкафа старый галстук — он не знал, зачем он ему понадобился, но сейчас галстук лёг на плечи вместо фаты. Фиксай нашёл в ящике фломастер и нарисовал на ладони Компота сердечко.

— Ты серьёзно? — спросил Компот.

— Абсолютно.

Они встали друг напротив друга. Компот держал проволочку, Фиксай — фломастер. В комнате было тихо, только из-за окна доносился шум машин.

— Кто будет говорить? — спросил Фиксай.

— Я, — решил Компот. Он глубоко вздохнул, чувствуя, как колотится сердце. — Я, Компот, обещаю быть с тобой в скуке и в веселье, в проигрышах и в победах. Обещаю не бросать тебя, когда мои идеи проваливаются. Обещаю чипсы с крабом пополам.

Фиксай хмыкнул.

— Я, Фиксай, обещаю терпеть твои безумные планы. Обещаю не уходить, когда ты дёргаешься. Обещаю, что этот шалаш — лучшее, что мы построили.

Он взял проволочку и надел её на палец Компоту. Проволочка была тесновата и царапалась, но Компот почувствовал, как по руке пошло тепло.

— А ты? — спросил он.

Фиксай протянул руку. Компот надел на его палец фломастерное кольцо — просто обвёл линию вокруг пальца, и получилось криво, как будто сердечко.

— Готово, — сказал Компот.

Они стояли друг напротив друга, и Компот чувствовал, как от счастья начинает кружиться голова. Всё было нелепо: галстук на плече, проволочка на пальце, фломастерное сердечко на ладони. Но Фиксай смотрел на него так, будто это было самое важное событие в мире.

— Ну что, — сказал Фиксай. — Теперь мы женаты?

— Вроде того.

— Тогда давай ложиться спать. Супружеская жизнь начинается с режима.

Компот засмеялся. Он стянул с плеча галстук, залез обратно в шалаш и почувствовал, как Фиксай устраивается рядом. Проволочка на пальце всё ещё царапалась, но Компот не стал её снимать.

— Спокойной ночи, — сказал Фиксай.

— Спокойной.

Компот закрыл глаза и понял, что этот вечер не был провалом. Он был лучшим вечером в его жизни.